Армянский монастырь на Иссык-Куле

[Skorpi]

Христианство издавна распространялось в Центральной Азии, Китае, Монголии, Индии. Традиция приписывала первоначальную его проповедь трем апостолам: Матфею, Варфоломею и Фоме. В Европе все обширные территории Востока достаточно долго назывались Индией: считалось, что в "верхней Индии" проповедовал Св. Варфоломей, в "нижней Индии" — Св.Фома, а в "центральной Индии" — Св.Матфей.
Апостол и евангелист Святой Матфей — одна из самых загадочных фигур христианства. Церковная традиция гласит, что после мученической смерти последователи укрыли тело святого от поругания. Представители католической церкви склонны считать, что мощи Апостола были найдены при раскопках одного из лангобардских замков и в настоящее время хранятся в Салерно, в кафедральном соборе Сан-Маттео. Однако существует предание о мученической смерти апостола в Сирии, откуда его мощи были перенесены еще дальше на Восток. Возможно, останки Матфея находятся в разных местах — в древности случалось, что мощи святых разделялись, и части их оказывались очень далеко друг от друга.
Начиная с V века, миссионерскую роль на Востоке взяли на себя несториане, выходцы из Междуречья и Восточной Сирии. Последователи константинопольского патриарха Нестория считали Христа человеком, который по наитию Св.Духа стал Мессией. На Эфесском соборе в 431 году несторианство было осуждено, как ересь, и с тех пор стало подвергаться гонениям в Византийской империи. Спасаясь от преследований, многие последователи этого учения оказывались на территориях, подвластных персидским шахам, но и здесь их положение было непрочным. Приверженцы Нестория стремились оказаться подальше от соперничающих империй, одинаково нетерпимых к инакомыслию. Именно несториане стали в массовом порядке обращать в христианство местных жителей на землях к востоку от Персии.
Если говорить конкретно о Центральной Азии, ее народы в целом составляли два взаимодействующих мира, которые иногда вступали в противоборство друг с другом: иранский, оседло-земледельческий и тюркский, кочевой. Противостояние Ирана и Турана нашло отражение в знаменитой поэме Фирдоуси "Шах-наме". С древнейших времен этот регион мира был "местом встреч" многих религий: буддизма, зороастризма, манихейства, христианства, иудаизма. Здесь действовали и различные культы — Сиявуша, Диониса, Митры, культ предков, династийных правителей, шаманизм и т.д. С VIII века сюда проник ислам, которому суждено было в конечном итоге возобладать. Упрочение религиозного многообразия стало возможным не в последнюю очередь благодаря Великому Шелковому пути из Китая в Переднюю Азию и дальше в Европу.
Христианство никогда не доминировало в здешнем регионе, однако уже в IV веке местные христианские общины были довольно многочисленными, и город Мерв (современный город Мары в Туркменистане) получил статус митрополии. Недалеко от этого города находился крупнейший христианский монастырь Мар-Саргис. Постепенно на роль важнейшего христианского центра выдвинулся Самарканд.
Признавая особую роль несторианства, важно подчеркнуть, что оно было не единственным христианским исповеданием в Центральной Азии. В своем труде "Золотая дорога до Самарканда" современный исследователь Вилфред Блант ( Wilfred Blunt) пишет об этом древнем городе: "Христианская община состояла здесь, как и в большинстве центральноазиатских стран, из сирийских якобитов, сирийских мелкитов и армян из Армянской Апостольской церкви. С V века здесь был важный центр несторианства, и с VIII по XV века город имел своего митрополита".
Сведения про несториан и якобитов мы находим у Рубрука и Марко Поло. В "Книге" знаменитого венецианца дано описание страны Мосул (север современного Ирака): "На юго-востоке Великая Армения граничит с Мосулом... Мосул — большое царство, живут тут многие народы, и вот какие: есть здесь арабы-мусульмане и еще другой народ исповедует христианскую веру, но не так, как повелевает Римская Церковь, а во многом отступает. Называют этих людей несторианами и якобитами. Есть у них патриарх... Патриарх этот назначает архиепископов, епископов, аббатов и других прелатов. Он же рассылает во все страны Индии, Катая (Китая), в Бодак (Багдад) совершенно так же, как это делает римский апостол".

Армяне впервые появились в Центральной Азии в составе парфянской, а затем и персидской армий. В конце VI века шах назначил Смбата Багратуни командовать войском, направленным в страну кушанов. Затем армянский полководец стал наместником завоеванной области. Армянские купцы издавна перевозили товары по Великому Шелковому пути. На городище старого Термеза археологами обнаружен храмовый комплекс, построенный по канонам армянской церковной архитектуры VII-VIII вв., хотя пока еще трудно делать окончательные выводы о его принадлежности.
Частые упоминания современниками армян в этом обширном регионе начинаются с начала монгольских завоеваний в XIII веке, когда за короткий срок значительная часть Азии оказалась под единой властью. Как известно, монголы были язычниками и с одинаковым уважением относились ко всем религиям, освободив мусульманское, христианское и буддийское духовенство от податей и повинностей. Христиане пользовались особым расположением монгольских ханов, на сей счет есть многочисленные свидетельства.
О большой христианской общине на Востоке мы узнаем из письма главнокомандующего киликийской армией Смбата Спарапета кипрскому королю Генри Лузиньяну. В 1247г. Смбат проезжал Сантекванту (Самарканд), когда ехал в Каракорум во главе дипломатической миссии Киликийского армянского государства для переговоров с Гуюк-ханом. В своем письме он пишет: "... Я сам заходил в их церкви и видел там изображение Иисуса Христа и трех царей, принесших ему золото, мирру и фимиам. Этими царями народности были обращены в новую веру, и благодаря им хан и его ближние совсем недавно стали христианами настолько, что перед своим двором они имеют церкви и колокола, в которые они звонят, ударяя в них деревянными палками, и, идя к хану, их повелителю, они обязаны раньше зайти в церковь поклониться Иисусу Христу, прежде чем приветствовать императора. Мы встретили также много христиан, рассеянных по всему востоку, и множество древних церквей, высоких и красиво построенных, которые татары разрушили, так что христиане оттуда приходили к хану, оказавшему им большую честь; он возвратил им свободу и защитил их от тяжелых страданий, не позволяя никому обижать их делом или словом".
Сообщения о крещении великих ханов повторяются у самых разных средневековых авторов — об этом свидетельствуют и Марко Поло, и католические монахи-дипломаты. Член киликийской царской династии Хетум (Гайтон) в своей книге "Цвет историй Востока", написанной на старофранцузском языке в городе Пуатье, сообщает о крещении хана Мунке (Мангу) армянским епископом во время пребывания в ханской ставки своего тезки и дяди, царя Хетума I.
Даже если сомневаться в точности этих известий, невозможно отрицать многочисленные случаи крещения и исполнения обрядов среди монгольской знати, в том числе в ханской семье. Нельзя, правда, забывать о веротерпимости монгол, которые могли одновременно исполнять обряды разных религий — в ставке хана кроме языческих мест поклонения были буддийские храмы, две мечети и церковь.
При описании двора сына Бату Сартака близ Итиля (Волги) францисканец Вильям Рубрук упоминает армянских священников, которые знали по-турецки и по-арабски, и священников-несториан, "которые ударяют в доску (в древности использовалась у восточных христиан вместо колокола — прим. авт.) и поют свою службу". При дворе Мангу-хана "толмачами были армяне из Великой Армении", был и "великий секретарь, христианин из несториан, по совету которого делается почти все".
Христианские церкви Рубрук встречал как по дороге, так в ставке великого хана: "Я увидел дом, над которым был крестик. Тогда, сильно обрадовавшись и предполагая, что там находится что-нибудь христианское, я вошел с уверенностью и нашел алтарь, убранный поистине красиво. Именно по золотой материи были вышиты или настланы изображения Спасителя, святой Девы, Иоанна Крестителя и двух ангелов, причем очертания тела и одежд были расшиты жемчугом. Здесь же находился большой серебряный крест с драгоценными камнями по углам и в середине и много других церковных украшений, а также перед алтарем горела лампада с маслом, имевшая восемь светилен. Там сидел один армянский монах, черноватый, худощавый, одетый в очень жесткую власяничную тунику, спускавшуюся до середины ног; сверху на нем был черный шелковый плащ, подбитый мехом, а под власяницей он имел железный пояс... Монах этот, по его словам, сказал Мангу-хану, что если тот пожелает стать христианином, то весь мир придет в повиновение ему, и что ему будут повиноваться франки и великий папа".
Рубрук пишет о посещениях церкви великим ханом, его старшей женой и детьми, об излечении ханской жены священниками. Подробно говорит о драгоценном кресте, привезенном "одним армянином" из Иерусалима — "Крест был серебряный, весил около четырех марок и имел четыре жемчужины по углам и одну посередине; изображения Спасителя на нем не было, так как армяне и несториане стыдятся показывать Христа пригвожденным к кресту. Этот крест они поднесли Мангу-хану…". Рубрук также сообщает, что несториане и армяне в ставке хана действовали сообща, ходили в одну и ту же церковь, правда, посты соблюдали по-разному. Вероятно, именно эта близость армян и несториан при численном преобладании последних, уже тогда приводила к ошибкам и путанице в отчетах людей, прибывших в Центральную Азию с дипломатической или миссионерской целью.
При Чингисхане и его преемниках Угедее и Мункэ Монгольская империя достигла неслыханных размеров, распростершись от Китая до Западной Европы. В XIII веке Центральная Азия и Дальний Восток впервые в истории открылись для европейских путешественников. Европейцы оценили выгоды торговли с монголами, а также стремились использовать мощь монгольской армии против своих мусульманских противников на Ближнем Востоке. Начиная с 1245 года немало посланников, миссионеров и купцов прошло через ранее неведомое сердце Азиатского континента. Дж.К.Райт в книге "Географические представления в эпоху крестовых походов" так комментирует создавшийся временный просвет в исследовании Центральной Азии: "Немногим более чем за столетие занавес Дальнего Востока был отдернут, но отдернут лишь для того, чтобы снова задернуться, когда вместе с крушением Монгольской империи и появлением турок-османов все сухопутные дороги остались перекрытыми. Заново открыть Дальний Восток выпало на долю португальских и испанских мореплавателей эпохи великих географических открытий". Добавим, что Центральная Азия была повторно исследована только в XVIII-XIX веках, в связи с завоеваниями Российской империи в этом регионе.
С упадком и распадом Монгольской империи среди правящих кругов стал распространяться ислам, христиан обложили дополнительными налогами. Но больше всего они страдали от анархии и постоянных войн, связанных с ослаблением центральной власти. Христианство в Центральной Азии начинает клониться к закату. Окончательный удар ему нанесло владычество Тимур-ленга, знаменитого своей жестокостью и религиозным фанатизмом.
Вещественными доказательствами существования христианских общин возле Иссык-Куля служат многочисленные археологические раскопки. На побережье озера, возле христианской церкви и кладбища на городище Ак-Бешим, на городищах Бурана и Краснореченска были найдены могильные камни "кайраки" с эпитафиями, бронзовые и нефритовые нательные кресты, терракотовые плакетки и керамические сосуды с христианской символикой — например, покрытая синей глазурью ваза с изображением двенадцати апостолов. Самым ранним архитектурным памятником христианства на территории Кыргызстана считается небольшая церковь VII-VIII вв., раскопанная Л.Кызласовым в средневековом Суябе — столице тюркских каганов в Чуйской долине. Уникален Таш-Рабатский монастырь, построенный на рубеже X-XI в. Его функции со временем менялись, позже здание использовалось как караван-сарай на одном из ответвлений Великого Шелкового пути.
В 80-х годах XIX века Н.Пантусовым, чиновником по особым поручениям при губернаторе Семиреченской области на Пишпекском (совр. Бишкек) клабище были обнаружены более шестисот могильных камней с христианской символикой. Профессор Д.Хвольсон и академик В.Радлов определили надписи на камнях, как эпитафии христиан несторианского толка. Существование близ Иссык-Куля армянской общины, косвенно подтвердила двуязычная армяно-сирийская надгробная надпись на камне, найденном Пантусовым на том же кладбище в 1892 году и в следующем году высланном в Санкт-Петербург по поручению Императорской Археологической комиссии. Специальную статью посвятил этой надписи знаменитый ученый Н.Я.Марр. Армянскую надпись он читает в следующей последовательности (см. рисунок): а) в четырех углах креста; б) у основания креста; в) вокруг креста. В переводе с армянского она гласит: "Христос Иисус, Господь Бог. Владыка Иован (Иоанн) армянский епископ летоисчисления армянского 772 написана эта память". Вертикальная сирийская надпись на том же камне переводится так: "Это есть могила Иоанна, епископа армянского". Марр делает вывод: "То обстоятельство, что на Пишпекском кладбище, как оказывается, был погребен армянский епископ Иоанн и память о нем увековечена армянской надписью, датированной от 772 армянской эры (= 1323 по Р.Х.), дает основание предполагать, что в памятнике мы имеем указание на более или менее значительную колонию армянскую, а не на единичную личность, заброшенную судьбой в такую даль от Родины... В двух надписях XII и XIII веков встречаем имя (на сирийском языке — примеч. автора), в котором можно признать армянскую форму имени Павла — Погос, как это уже указал С.Слуцкий. Подобные армянские формы можно бы указать в надгробных надписях, изданных профессором Д.Хвольсоном".
Новейшие исследования показывают, что слишком широкое применение термина "несторианский" ко всему христианскому в Центральной Азии было не совсем оправданным. Кресты на могильных камнях, называемые "несторианскими", мало отличаются от простейших крестов Армении и армянских зарубежных колоний, в частности, резных крестов из кафедрального армянского собора 1363 года во Львове. Подводя итог своему тщательному и непредвзятому анализу в "Заметках о христианстве в Чуйской долине в Средние века", В.А. Кольченко пишет: "Проведенный анализ наличных археологических источников и данных письменной традиции приводит к выводу о необходимости более тщательно и сдержанно, без штампов, подходить к вопросу о средневековом христианстве в Средней Азии и в Чуйской долине в частности. Безусловно, христианство существовало на этой территории с раннего средневековья вплоть до XIV века, причем в большей степени, возможно — подавляющей, несторианского толка. Но были здесь яковиты и армяне, т.е. монофизиты, а также мелькиты и маркиониты".

Где же искать армянский монастырь — вероятное место нахождения важнейшей общехристианской реликвии? Некоторые пытались найти ответ в старинном местном предании о сокровищах: "...В 1218 г. Чингисхан направил в Чуйскую долину отряд в 25 тысяч всадников во главе с полководцем Джэбэ-нойоном, с которым находился второй сын хана Чагатай. Монахи христианского монастыря в Суябе, что вблизи Баласагуна и оседлые богатые жители-христиане решили бежать от монголов, прихватив накопленные драгоценности. Караван из двухсот вьючных верблюдов с золотыми и серебряными изделиями спешно продвигался по северному берегу Иссык-Куля в направлении Кашгара, когда от разведчиков пришла весть, что навстречу беглецам со стороны перевала Санташ движется отряд монголов. Зажатые конницей с двух сторон, слева — горами, справа — озером, христиане стали искать место, где спрятать сокровища. Благо на пути, прямо на берегу озера стоял монастырь армянских братьев-христиан. За ночь совместными усилиями монахи и беглецы смогли спрятать на берегу или в прибрежных водах только часть сокровищ..."
До сих пор большинство ученых склоняются к мнению, что монастырь ушел под воду озера Иссык-Куль. Археологам известны более десятка затонувших древних и средневековых поселений, в том числе Кой-Сары, Дархан, Долинка, Кой-Су, Сикуль и Чигу. В прибрежной полосе озера, в разных местах на глубине не более десяти метров археологами найдены строения, датируемые от рубежа новой эры до XV столетия, обнаружены многочисленные предметы старины.
Интерес к подводным памятникам Иссык-Куля возник почти два столетия назад. О развалинах, хорошо видимых под водой, упоминают купец Исаев в своей записке от 1857 года, путешественник и исследователь М. В. Певцов в дневнике "Путешествие в Кашгарию и Кун-Лунь". Изучая бассейн озера, поиски затонувшего монастыря предпринял П.П.Семенов Тян-Шанский. Первая попытка подводных археологических исследований была осуществлена по инициативе Семиреченского военного губернатора Г.А.Колпаковского — в 1871 г. он выслал туркестанскому генерал-губернатору К.П.Кауфману подводные трофеи (медные чаши, серебряные монеты и пр.) и попросил разрешения выписать из Кронштадта водолаза, а из Англии или Франции водолазные скафандры. Из-за недостатка средств дело так и осталось неосуществленной мечтой.
В советские годы озеро Иссык-Куль стало закрытой территорией для иностранцев, а собственных средств на дорогостоящие подводные поиски не было. В середине 60-х годов с большим трудом республиканская Академия наук приобрела акваланги, и археолог Д.Винник вел исследования на северном берегу озера. Были найдены руины больших построек из обожженных кирпичей. Затем, в 80-х годах эстафета перешла к В.М. Плоских и В.П. Мокрынину. Первый из них, ныне академик, вице-президент Национальной Академии наук Кыргызстана посвятил многие годы монастырю с каталонской карты: "У меня практически не осталось сомнений, что именно здесь, в устье рек Тюп и Кой-Су, могут находиться остатки древнего монастыря. В ближайшее время мы сосредоточим свои поиски именно в этом месте".
В ходе методичных подводных исследований археологи с аквалангами обнаружили, помимо названных, остатки еще семи античных и средневековых поселений. В прибрежных водах было найдено множество изделий керамики, каменных орудий труда, оружие из бронзы, произведения искусства в скифском "зверином стиле", фундаменты строений. Но ничего похожего на развалины монастыря обнаружить не удалось.
Возможно, искать его надо близ Сикуля, название которого напоминает искаженное Иссык-Куль (вспомним надпись на карте). Тем более, что в предании говорится о горах близ озера, а все остальные древние поселения находятся на равнинной местности.
В 2002 году экспедиция, организованная телекорпорацией "IPV News USA", применила для исследования озера новейшие приборные методы поиска. Американцы якобы определили место на дне, где глубоко под землей находится серебряная рака для хранения мощей. Однако слишком многое в действиях гостей вызывало сомнения в их научной добросовестности. Слишком явно просматривалась погоня за очередной сенсацией.
Гораздо больше доверия вызывает последняя новость — она появилась за несколько дней перед тем, когда статья сдавалась в набор. В средства массовой информации поступило краткое сообщение от руководителя экспедиции Кыргызско-Российского Славянского университета академика Владимира Плоских и начальника экспедиционного разведывательного отряда доцента Александра Камышева об открытии армянского монастыря в Тюпском районе близ деревни Кюрмёнтю и одноименного старинного города. По их словам монастырь оказался подземным. Он находится внутри большого глиняного холма на бывшем острове, превратившемся в полуостров Светлый из-за падения уровня воды в Иссык-Куле — отсюда, с холма открывается удивительно красивый вид на все восточное побережье озера. Узкий лаз, ведущий в подземелье, постепенно расширяется, образуя обширное помещение, от которого в разные стороны ответвляются на двух уровнях около 30 монашеских келий. Местами проходы завалены камнями. Планировка напоминает средневековые пещерные монастыри и монашеские пустыни Армении, есть признаки сходства и с церковью, остатки которой сохранились на городище Ак-Бешим близ Токмака. Древний возраст пещеры, вероятно, удастся уточнить по полностью проржавевшим металлическим стержням, глубоко вбитым в породу на месте одного из арочных проходов.
На месте находки вместе с кыргызстанскими археологами находятся их российские и германские коллеги. Остается ожидать от ученых дальнейших новостей, которые могли быть подтвердить или опровергнуть первое сенсационное сообщение.

Автор выражает благодарность К. Агекяну за существенную помощь в написании статьи, Э. Долбакяну за предоставление редкого материала и "George Glazer Gallery" за предоставленную фотографию фрагмента карты.
Журнал Анив