ТРАДИЦИОННАЯ АРМЯНСКАЯ СВАДЬБА

Обряд брака
В традиционном, преимущественно крестьянском, обществе армян брачность приближалась к всеобщей, т.е. вступление в брак считалось обязательным для всех, за исключением людей с физическими или умственными недостатками. Женить и выдать замуж своих детей старались как можно раньше. Правда, в литературе есть сведения о случаях добровольного безбрачия некоторых девушек, считавших это богоугодным делом; их решение вызывало безусловное уважение семьи и односельчан. В брак вступи строго по старшинству: обычай запрещал младшим жениться и выходить замуж раньше старших братьев и сестер При вступлении в брак у армян действовал ряд запретов, определенных нормами обычного права и церковными законодательством. Так, категорически запрещались браки между кровными родственниками до пятого, а то и до седьмого колена. Это во многом определялось экзогамным характером азга (рода) у армян. Даже во второй половине XIX браки внутри азга не допускались поскольку его члены считались близкими родственниками. При этом в разных областях Армении понятие “Близкий родственник” варьировалось от четырех до семи поколений, в зависимости от того, до какого колена велся счет родства от основателя азга . Другим видом запретов было ограничение по свойству. Не допускался брак двух родных братьев с двумя родными сестрами. Строгим препятствием к браку, как уже отмечалось, было искусственное родство. Так, усыновленный гердастаном не имел права жениться на девушке того же гердастана, поскольку считался близким родственником. Запрещались также браки между молочными братьями и сестрами, между лицами, скрепленными узами побратимства или посестримства Весьма распространен у армян был институт кумовства (каворутюн), которое счи¬талось, независимо от того, свадебным оно было или крестильным, нередко даже более близким, чем кровное родство. Поэтому брачные связи катего¬рически запрещались не только с представителями семьи кума — кавора, кнкавора, но и между потомками кумовьев. На брачные ограничения оказывала влияние и религиозная принадлежность, так как небольшая часть армян, как уже отмечалось, по вероисповеданию были католиками, и браки между ними и армянами-григорианами были крайне редки. Этнически смешанные браки, особенно в районах с компактным армянским населением, практически не отмечены. Несколько иная ситуация наблюдалась у армян, давно живущих в иноэтнической среде, например в Грузии. Так, С.В.Мачабели писал об армянах Тифлисского уезда, что «дочерей своих ом охотно отдают замуж за грузин», но сами на грузинках не женятся (много лет спустя, совсем в другую эпоху, исследования Н.Г.Волковой подтвердят устойчивость этой традиции). У другой части армянского населенм Грузии — жителей Ахалцихского и Ахалкалакского уездов, по наблюдению В.Н.Акимова, «браки армян с русскими и грузинами не встречаются». В приведенных свидетельствах нет противоречий, если учесть время и исторические условия появления армян в разных районах Грузии. Браки армян с мусульманами резко осуждались; о ванских армянах Е.Лалаян, например, писал: «Ни армянин, ни турок не позволят, чтобы кто-либо из их сородичей отступил от родной веры из-за брака с инородцем». Брачный круг был ограничен и территориально, т.е. невесту старались выбрать в родном или соседнем селе. Интересна с этой точки зрения старая армянская поговорка: «Лучше отдать дочь местному пастуху, чем чужому царю».Как правило, не заключались браки между городскими и сельскими жителями; не поощрялись также браки, неравные в социальном отношении. Пословица «Дочери богатого трудно угодить» образно характеризует мнение народа на этот счет. В брак разрешалось вступать не более трех раз, причем в третий раз можно было жениться только на вдове. Но несмотря на все существовавшие брачные ограничения, в традиционном быту армян имели место и отступления от принятых норм. Однако подобные факты были редки и осуждались обществом. Некоторые брачные ограничения сохранились до нашего времени. Это запрет брачных связей с родственниками, с представителями семьи кавора, между молочными братьями и сестрами, соблюдение традиционного принципа возрастной очередности братьев и сестер при вступлении в брак (хотя последнее теперь зачастую нарушается). Так, в селах по-прежнему преобладающими остаются браки, заключаемые внутри них, но расширение контактов молодежи во время учебы или работы, безусловно, способствует росту числа браков между молодыми людьми из разных сел и даже районов Армении, между сельскими и городскими жителями, представителями разных социально-профессиональных групп.За последние десятилетия значительно увеличилась доля социально смешанных и намного меньше — национально смешанных семей. Это объясняется рядом обстоятельств: Армения — одна из мононациональных республик бывшего Союза (доля коренной национальности увеличилась здесь, например, с 84,4% в 1926 г. до 89,7% в 1979 г.), и в связи с этим у нее самый низкий индекс этнической мозаичности, имеющий тенденцию к дальнейшему снижению (с 0,212 а 1959 г. до 0,211 в 1970 г. и 0,132 в 1979 г.);Кроме того, по-прежнему большую роль играет национальная предпочтительность многих традиционных черт в быту. В Армении межнациональные браки стали заключаться со времен первой мировой войны. Тогда молодые армяне-рабочие, трудившиеся в России, женились на русских девушках и привозили их в Армению. В прошлом, в условиях патриархальной замкнутости и натурального хозяйства, традиционным способом заключения брака у армян был брак по сговору, основанный на уплате стороной жениха стороне невесты определенного выкупа, который назывался hарси гин, глхагин (букв. «цена невес¬ты», «цена головы»).Во второй половине XIX — начале XX в. брачный выкуп за невесту в Армении включал денежный взнос от 30 до 150—200, а иногда и до 300-400 руб. в зависимости от состоятельности семей жениха и невесты. Кроме денег сторона жениха должна была преподне¬сти стороне невесты определенный набор продуктов (рис, масло, хлеб, не¬сколько килограммов мяса или целого барана, а иногда корову, вино, водку, сахар, чай и т.д.) примерной стоимостью от 100 до 300 руб., а также различные подарки невесте и ее близким родственникам. Интересно, что обязательный подарок, который преподносили матери невесты (обычно отрез на платье, головной платок либо их стоимость — 10—15 руб.), носил символическое название катнагин, цицагин (букв. «цена молока», «цена груди»). Это название подарка матери невесты сохраняется в некоторых районах и теперь. Было принято дарить подарок также брату невесты и ее дяде с материнской стороны (материал на чуху, сапоги, реже — небольшую денежную сумму). Одаривали также и других родственников. В целом же брачный выкуп за невесту исчез в Армении в 20-е — начале 30-х годов нашего века, и теперь о нем отчасти напоминает обычай одаривать невесту, что по-прежнему остается обязанностью близких родственников жениха, Другим, гораздо менее распространенным был способ заключения брака путем похищения — ахчик пахцнел (букв. «умыкнуть девушку»), главным образом в форме увода, т.е. с согласия девушки, но вопреки воле ее родителей. Браки у армян обычно заключались очень рано. Девушкам, которых выдавали замуж, как правило, было 12—15 лет, а иногда и меньше. Хотя Армянская церковь в XIX в. руководствовалась российским законодательством, установившим для жителей Кавказского края возраст для жениха 15 лет, а для невесты — 13 лет, в крестьянском быту, по свидетельствам очевидцев, нередко встречались браки, заключенные и в более раннем возрасте, например, между 13—14-летним юношей и 11—13-летней девушкой. В сел. Татев этого же уезда, по сведениям Н.И.Григорова, девушек выдавали замуж в 12—13 лет. Девушка старше 16—17 лет (у карабахских и зангезурских армян — достигшая 15 лет) редко уже выходила замуж, а если выходила, то за вдовца. Таких девушек называли таны мнацац (букв. «оставшаяся дома»). В сельском быту наблюдались случаи, когда разница в возрасте между будущими супругами была весьма велика: например, девушку в 12—15 лет выдавали замуж за 30-летнего мужчину либо 13—15-летнего юношу женили на 18—19-летней девушке, а иногда и на 25—30-летней женщине. Подоб¬ные браки заключались главным образом по экономическим причинам и в народе не одобрялись. Большинство же браков были такими, в которых муж был старше жены на несколько лет. У ванских армян, например, была принята разница в возрасте не более 5—10 лет.В прошлом у армян, как и у других народов Кавказа, был широко распространен сговор между родителями относительно обручения младенцев или малолетних детей, а иногда даже еще неродившихся детей. Особе частым было так называемое люлечное обручение — оророци ншанадрутьюн, оророци хаз. В знак свершения уговора отец мальчика делал на люльке девочки отметку, а иногда перекладину люльки трижды перевязывали хлопчатобумажными нитками, вешали на люльку кусочек серебра или золота, серебряную монету. Свадебный цикл у армян при браке по сговору состоял из предварительного этапа (сватовство, сговор, обручение), собственно свадьбы (обряд бракосочетания и переезд новобрачной в дом мужа) и обрядов послесвадебного цикла. Эта традиция сохранилась до наших дней, хотя и претерпела некоторые изменения. По армянскому обычаю невесту обычно выбирали родители юноши, причем инициатива принадлежала матери. Среди оценочных критериев современной невесты в 70—80-е годы, помимо традиционных, заметное место занимал уровень ее образования. Невестка «с дипломом» — предмет гордости современной семьи. Высокий уровень образования и хорошая специальность еще более престижны для жениха. Наряду с традиционным вариантом первого этапа свадебного цикла существует и новый, получивший распространение в основном с начала 60 годов. Его главными действующими лицами являются будущие супруги, они сами знакомятся и сами же принимают решение о вступлении в брак, правда, предварительно ставя об этом в известность своих родителей, в первую очередь мать. Этот вариант наиболее распространен у армян, живущих вне Армении, например в Абхазии. В тех редких случаях, когда юноша и девушка любят друг друга, а родители не дают согласия на брак, мотивируя отказ тем, что дочь еще слишком молода (16—18 лет) и должна учиться, молодые прибегают к старинной форме брака уводом, т.е., попросту говоря, убегают. Даже если родители девушки были согласны выдать дочь замуж, этикет не позволял им принять предложение сразу. Обычно они отвечали, что им надо подумать, посоветоваться с родственниками, тем самым стараясь по¬высить «цену» невесты. Поэтому сваты приходили во второй, а иногда и в третий раз. Только после того как отец девушки объявлял о своем согласии, которое также нередко выражалось в иносказательной форме (например, говорилось так: «Не будем спорить, платок наброшу на вашу руку или платок пусть будет ваш» и т.д.), накрывали стол и выпивали по стакану принесенной сватами водки. Ранее сватов не полагалось угощать, поскольку считалось, что «если свату хлеба дать, нужно и дочь отдать». Сейчас в роли сватов в большинстве районов по-прежнему выступают родственники жениха — мужчины (брат отца, муж сестры отца или муж се¬стры самого жениха). Но теперь в дом девушки нередко идут отец и мать юноши, а иногда с ними приходит и сам жених. Если сваты надеются на положительный ответ, то берут с собой водку или коньяк и сладости. Если в уверенности в получении согласия на брак нет, то они идут без «угощения». Придя в дом родителей девушки, сваты начинают разговор о, казалось бы, не относящихся к цели их прихода посторонних вещах: местных новостях, видах на урожай, здоровье и погоде. И только после этого приступают к главному. О цели визита, как того требует традиция, говорят иносказательно, например: «Мы пришли, чтобы из вашего дома сорвать один цветок; пришли, чтобы из вашего дома взять горсть землю и т.п. Родители девушки и сегодня, согласно традиции, считают неприличным соглашаться на брак дочери с первого раза, и сватам приходится приходить вновь. Прежде чем дать положительный ответ, отец девушки обязательно заручается согласием своего брата, сыновей и жены. А затем (что особенно важно –в присутствии всех) спрашивает дочь о ее согласии. Если в прежние време¬нами публичный опрос носил формальный характер, так как дочь вряд осмелилась бы перечить воле отца, то сейчас с ее мнением считаются, если девушка против брака, свадьба отменяется. Момент, когда родители девушки давали положительный ответ, считался официальным сговором. В разных районах Армении его называли по-разному, например: хоск арнел, хоск кап (букв. «взять слово», «скрепить слово», арах хмел («выпить водки»), hац ктрел («преломить хлеб»). Сговор скрепляли подарком, обычно это были шаль, кольцо или другое украшение для невесты: этот обряд так и назывался — беh тал (букв. «дать задаток»). В старину обязательно устраивали смотрины невесты — Нарснтэс, ахчик-тэс, ересацтэс (букв. «виденье невесты, девушки, лица»). Обычно они проходили во время одного из посещений сватов либо через месяц после сватовства. Во время смотрин знакомились с физическими достоинствами и способностями девушки, и иногда это выглядело несколько прямолинейно. В некоторых районах проверяли и физическую силу жениха во время обряда так называемой рубки женихова пня — песакотук джардел. Наиболее важным обрядом предварительного этапа свадебного цикла, не потерявшим своего значения и теперь, было обручение, или помолвка, — ншандрек, ншанадрутюн (букв. «поставить метку, знак»). О его дне, числе участников с обеих сторон, о посылаемой из дома жениха в дом невесты доле угощения договаривались во время специального визита отца юноши к родителям девушки. Сейчас день обручения чаше всего согласовывается уже во время сговора. От обручения до свадьбы устанавливались самые различные сроки — от 5-6 месяцев до нескольких лет, что бывало связано со слишком ранним возрастом жениха или невесты. Но обычно этот срок равнялся одному-двум годам, и в это время жених и невеста не имели права встречаться на людях, хотя тайные свидания допускались, и мать невесты, и ее сестры, и тетки по материнской линии были осведомлены об этом. В тайну не были посвящены только отец, братья и род ственники невесты со стороны отца. Во время таких встреч мать невесты непременно готовила для будущего зятя яичницу, которая имела некое ¬магическое значение. Отголоски этого старинного обычая сохранились у армян в нескольких селах Ахалкалакского района. Здесь жених и невеста после обручения не только свободно встречались, но и могли быть близки, так что свадьба иногда справлялась, когда невеста уже ждала ребенка. Для сельских армян большинства районов Армении это недопустимо. После обручения оба семейства становились свойственниками — хнами и во всем помогать друг другу, особенно в хозяйственных работах. Между ними начинался традиционный обмен подарками. Так, по большим праздникам из дома жениха в дом невесты, например в Сюнике, посылали в подарок хонча со сладостями, вином, водкой, фруктами, причем обязательно среди фруктов должны были быть яблоко или гранат, символизирующие плодородие. На Пасху в дом невеста посылали крашеные яйца, сдобный хлеб, а также ягненка, которого закалы¬вали у порога дома обрученной девушки в качестве пасхальной жертвы -ахар. В назначенный для обручения день в доме жениха собираются близкие родственники. Каждый из них приносит подарок невесте, главным образом украшение, но теперь уже не из серебра, а из золота.