Теперь остался не освещённым только один период деятельности Месу. От возвращения в Египет при Меренптахе, до восстания при Амонмесу. По-видимому, именно к этому периоду следует отнести сообщения о деятельности Месу как жреца.

Одно из таких сообщений принадлежит Апиону, цитату из «Египтики» (Aiguptiaka которого приводит в сочинении «О древности иудейского народа» Иосиф Флавий:

«В третьей книге своей Истории Египта он пишет следующее: «Как я слышал от египетских старцев, Моисей происходил из Гелиополиса; хотя ему и следовало бы оставаться верным родным обычаям, однако он ввел молитвы под открытым небом на стольких стенах города, сколько их там было, повелел всем [людям] обращаться при этом лицом к востоку; там ведь расположен уже город бога Солнца. Вместо обелисков он воздвиг столбы, у подножия которых находилось изображение ладьи. На последнее падала от верхушки колонны тень, так что движение ее всегда совпадало с движением солнца по небу». ( II, с.2).

Кроме Апиона, об учении Месу упоминает Страбон, по-видимому использовавший «Истории Помпея» Посидония:
«Моисей, один из египетских жрецов, владел частью так называемого Нижнего Египта. Недовольный существовавшим там положением, он переселился в Иудею в сопровождении многочисленных почитателей божества. Действительно, Моисей утверждал и учил, что у египтян и ливийцев неправильное представление о божестве, так как они изображают его в образах диких зверей и домашнего скота; ошибаются и греки, представляющие богов в человеческом образе. Ведь, по его мнению, бог есть одно, единое существо, которое объемлет всех нас, землю и море - то, что мы называем небом или вселенной, или природой всего сущего. Кто, будучи в здравом уме, дерзнет создать изображение такого бога, похожее на какой-нибудь из окружающих нас предметов? Напротив, следует оставить изготовление всяческих изображений божества и, отделив священный участок и подобающее святилище, почитать его без изображения. И те, кто имеет вещие сны, должны спать в святилище, не только они сами ради своей пользы, но и другие ради остальных. Живущие воздержанно, праведной жизнью всегда могут ожидать от божества какого-нибудь блага, дара или знамения, но прочие пусть не ожидают ничего.
Излагая такого рода учение, Моисей убедил немалое число разумных людей и увел их вместе с собой в то место, где теперь находится поселение Иерусалима. Землей этой ему удалось легко завладеть, так как она была незавидного качества и за нее никто не стал бы серьезно бороться. В самом деле, это скалистая страна, правда, обильная водой, но окрестные области бедны и безводны, а внутренняя часть страны на 60 стадий имеет также каменистый слой под поверхностью почвы. В то же время Моисей вместо оружия выставлял вперед святыню и божество, которому он желал найти место для почитания; народу он обещал установить культ и священные обряды такого рода, чтобы те, кто принял его, не тяготились расходами, одержимостью божеством или другими нелепыми действиями. Подобными средствами Моисей снискал себе уважение и установил необычного рода власть, так как все окрестные народности охотно присоединялись к нему ради таких поучений и обещаний.
Преемники Моисея некоторое время оставались, верны его учению, ведя праведную и истинно благочестивую жизнь. Впоследствии жреческая должность оказалась сначала в руках людей суеверных, а затем - самовластных. От суеверия пошло воздержание от некоторых родов пищи, от которых даже и теперь у них существует обычай воздерживаться; обрезание мальчиков и вырезание у девочек, и некоторые другие обряды такого рода, установленные законом». (XVI,II,36-37).
На первый взгляд мы сталкиваемся с противоречием. С одной стороны - поклонение солнцу, с другой - таинственному всеобъемлющему богу. В действительности же никакого противоречия нет. Страбон пишет о фактическом культе, а Апион - о культе для народа. Аналогичные явления существовали во многих странах, вплоть до появления в буддизме двух логических концепций: одна для внутреннего пользования, для понимания вещей, вторая - для убеждения других. Именно к последней относится Аристотелева версия логики.
Народу в качестве объекта поклонения нужен понятный и доступный бог, а вовсе не таинственный и непостижимый владыка всего сущего. Даже в современном христианстве, в народном его восприятии объектом поклонения является вовсе не Бог Отец.
Удивительна близость древнеегипетского культа поклонения солнцу к переднеазиатским религиозным представлениям. Уже первый фараон Египта (3000 лет до н.э.) поклонялся солнцу как верховному богу. Позже в Египте сложились две параллельные системы верований, возвышение каждой из них, видимо, было связано с доминированием одного из двух различных по происхождению народов.
Но память их непрерывно поддерживалась тесной связью с родственными племенами, державшимися тех же верований. Междинастические браки фараоны-гайксосы предпочитали заключать с со своими соплеменниками. Например, принцессы из дома Митанни - хуррито-урартско-армянского государства были частыми их избранницами. В частности, и мать и супруга Эхнатона - фараона-солнцепоклонника - были царевны Митанни. Когда скончался фараон Египта Тутанхамон, его вдова обратилась к царю Митанни с просьбой дать ей в мужья одного из своих сыновей (История Древнего Востока с.366). Просьба сопровождалась словами: «Больше ни к какой стране мы не обращались. Только сюда мы пришли» (ИДВ, с.367). Тогда хеттский царь попросил клинописную табличку, где было сказано, «как прежде Бог Грозы взял людей Курустама, сыновей Хатти и послал их в Египет и сделал египтянами» (с 367, ИДВ). Из чего следует, что, по крайней мере, часть хеттов находилась в мигрировавших в Египет племенах гайксов.